Алексия Каисин: может ли красота быть «здоровой»?

Просмотров: 1376

В интервью с Алексией Каисин, генеральным директором компании Medeferеnt Grup, мы поговорили о красоте, изменениях на рынке в сфере эстетической медицины, возникающих сложностях и о том, как быть наполненной энергией, несмотря на огромные объемы работы.

Medeferеnt Grup — одна из лидирующих компаний на рынке эстетической медицины в Молдове, предлагающая своим клиентам уникальные и инновационные препараты и медицинские изделия для омоложения лица и тела. Компания является дистрибьютором таких известных марок из индустрии эстетической медицины, как Merz Aesthetics, Mastelli и другие.

Одно из ваших направлений – это поставка в страну медицинских препаратов в сфере эстетической медицины. Как вы начали этим заниматься, учитывая, что основным видом деятельности всегда была закупка лекарств для больниц?

Рынок красоты – один из самых быстро развивающихся в мире с постоянным ростом более 5% ежегодно. Как мы все понимаем, молодость всегда будет в моде, не говоря уже о естественности. Учитывая, что на рынке не было компаний, которые бы продвигали качественные препараты в этом направлении, мы решили, что будет хорошо, если мы сможем развивать эту сферу и убедим больших производителей зайти на наш рынок. Таким образом, сначала мы запустили в 2018 году филлеры на основе гиалуроновой кислоты — Belotero, потом филлер на основе гидроксиапатита кальция Radiesse, а следом, для полного набора, один из главных продуктов, существующих на рынке,– инкоботулотоксин Xeomin. Каждый год мы запускаем новую линейку препаратов. Последние из запущенных нами — это Mastelli, медицинские изделия на основе полинуклеотидов для биорегенерации кожи.

Почему вы считаете, что на рынке не было компаний, продвигающих качественные препараты?

На рынке есть много компаний, которые завозят эти про дукты; есть большие компании, действительно работающие давно. Но так как мы являемся фармацевтической компанией, наши стандарты по транспортировке, хранению и дистрибуции этих препаратов на порядок выше, поскольку мы явля — емся GDP-сертифицированной компанией. В то же время этот рынок еще не структурирован, к сожалению, попадает очень много контрафакта или контрабанды. Мы стараемся это изменить, обучать врачей правильно выбирать препараты.

Каким образом вы пытаетесь поменять этот рынок?

Безопасность препаратов — самый важный момент. Medeferent Grup — одна из первых компаний, которая изменила подход к продвижению и продажам этих препаратов. Для начала мы обучаем врачей тому, как работать с нашими препаратами, включая индивидуальные уроки по постановке руки при введении каждого препарата. Также мы рассказываем врачам, как важно, откуда вы покупаете препарат, как себя защитить в случае нелегального средства, как проверить, контрафакт это или нет. Этого до нас никто не делал. На сегодняшний день мы можем заявить, что наши стандарты качества очень высоки и мы – единственная компания, которая не продает препараты специалистам, которые не могут доказать наличие медицинской квалификации…

Колете ли вы себе что-то из препаратов, которые поставляете?

Я тоже делаю наши процедуры, в основном колю Xeomin два раза в год. Немного реже, но на постоянной основе я колю полинуклеотиды. И, соответственно, одна из моих любимых процедур – это так называемый Meso-Radiesse. Я делаю это раз в полтора года. А колола я губы или нет, не расскажу (улыбается).

Что дают эти процедуры?

Xeomin я колю, чтобы уменьшить мимическую активность мышц вокруг глаз и лба. Есть и другие показания, но об этом лучше спросить у наших врачей. Radiesse имеет отличный доказанный эффект стимуляции коллагена. Всем известно, что со временем синтез коллагена снижается, соответственно, упругость кожи уменьшается.

Что планируется на 2021 год из новых серий продукции, если не секрет?

В ближайшие месяц-полтора мы намерены запустить уникальный продукт, который называется Ultherapy. Это аппарат для лифтинга и омоложения кожи лица, шеи и декольте. Единственный апробированный FDA. Я очень рада, что у нас получилось привезти его в Молдову. Это одна из немногих неинвазивных процедур, которая дает очень хорошие результаты в плане омоложения. И надеемся, что до конца года запустим еще пару новых препаратов, но это пока остается сюрпризом для наших врачей и партнеров.

В чем заключается Ultherapy?

Это технология неинвазивной подтяжки кожи лица, шеи и декольте, предлагающая перспективу уменьшения морщин и провисания кожи с минимальным периодом реабилитации, минимальным дискомфортом и минимальным риском возникновения нежелательных явлений. Процедура основана на воздействии сфокусированного ультразвука и направлена на увеличение количества коллагена и лифтинг на уровне SMAS (SMAS-лифтинг). Благодаря ультразвуку кожа уплотняется, а овал лица становится более четким. Ultherapy® является отличной альтернативой пластической хирургии

С каким количеством врачей вы сотрудничаете?

Трудно назвать точное число. Но с уверенностью могу сказать, что это только лицензированные врачи, и с нами всегда самые лучшие. Мы очень довольны нашей коллаборацией. Но стоит отметить, что в Молдове очень неоднозначный закон по поводу лицензирования врачей в области дерматологии. Особенно важно то, что не существует практически никакого контроля, соответственно, много недостаточно квалифицированных или вообще не врачей, предлагающих бьюти-процедуры.

Изменилась ли ситуация на рынке эстетической медицины во время пандемии?

Так как в Молдове не было тотального локдауна, более или менее мы смогли сохранить свой уровень продаж. Сильных изменений нет, люди хотят оставаться красивыми и молодыми вне зависимости от того, что происходит вокруг. Но надо понимать, что если вы заболели ковидом, то любые процедуры, связанные с омоложением лица, следует отложить на 1,5-2 месяца.

Конечно, еще предстоит узнать, что и как происходит в организме после коронавируса, но предпочтительно, чтобы эти процедуры (особенно ботулинотерапия) были сделаны спустя полтора месяца после заболевания, как минимум. Важно отметить, что были выявлены случаи, когда зоны с лицевыми филлерами отекали после вакцинации от COVID. Временный дискомфорт, который обычно исчезал через несколько дней. Предстоит разобраться, какой патогенез у этой ситуации и почему это происходит. Соответственно, даже после вакцинации считается, что процедуры по омоложению можно делать по меньшей мере через месяц после окончания вакцинации.

Существуют ли какие-либо тенденции в эстетической медицине?

Да, безусловно. Мы все помним тренд с определённым «дизайном» губ, но на самом деле тенденции определяют в большинстве своем люди. Могут быть какие-то глобальные тренды, но индивидуальность все еще в приоритете. Думаю, что самое большое искусство – это делать определенные процедуры таким образом, чтобы люди не понимали, что вы сделали, но сохраняли свою молодость и свежесть. Это очень сложно. И еще, талант врача в том, чтобы каждый клиент оставался индивидуальностью.

В нынешних условиях, когда существует Instagram, Facebook, это очень сложно. Но это приходит более или менее в норму. Мы стремимся быть естественными, натуральными. Ситуация такова, что, хотим мы этого или нет, но некоторые вещи будут доминировать. Вы же понимаете, что красота – это понятие, тесно связанное с модой, с трендами. Как в моде, некоторые тренды появляются, какое-то время удерживаются, потом исчезают, так и в beauty-сфере. Сейчас уходит та гипертрофированность и возвращается естественность. Движения body-positive, поклонников здорового образа жизни — все это тоже влияет, так как обычно женщины хотят быть такими, какие они есть, и это, конечно, очень хорошо.

В каком возрасте можно начинать «колоться»?

Это очень индивидуально. Все зависит от проблем, которые существуют. Но, считаю, самый оптимальный возраст – это 35 лет, и нужно выбирать очень тщательно, с какой процедуры начинать. Биоревитализацию можно делать уже и с 20 лет. Но если говорить об уколах красоты в плане ботулотоксина или изменения каких-то черт лица, я считаю, что 35 лет и выше – это как раз тот период, когда мы можем делать процедуры такого формата.

Знаете, в Молдове, к сожалению, не принято общаться с врачом-дерматологом, как с обычным врачом, который наблюдает тебя все жизнь, и планировать процедуры на годы вперед. Поэтому очень много пациентов, которые хаотично ходят то к одному врачу, то к другому. Из-за этого страдают и сами врачи. У нас нет «эстетического доктора», который бы взял тебя в 20 лет «с прыщами» и консультировал до 50 и более лет в соответствии с появляющимися потребностями. Была публикация, кажется в Vougue, о том, что в Корее девочки колят себе Xeomin c 20 лет, как профилактика. Этого я не понимаю. В 20 лет нужно бороться с акне и делать процедуры по очищению кожи, а не убирать морщины, которых нет. Но, наверное, всё-таки это очень индивидуально.

С какими сложностями вы сталкиваетесь в своей работе?

Первая сложность – это пандемия. Потому что есть, хотим мы того или нет, определённые условия, которые необходимо соблюдать. И это уже не та свобода, которая была до этого: в организации учебных курсов, встреч с врачами и т.д. Еще одна из сложностей – нежелание наших пациентов узнать больше о препаратах, процедурах до того, как они решатся их делать. Информированность – это гарантия, что ты получишь то, что хочешь и как хочешь.

Если нет информирования, ты можешь попасть к «специалисту» и потом разбираться с множеством последствий. Есть и другие сложности в нашей работе, но они чаще всего связаны с доступом к информации. Например, у нас нет полноценного списка аккредитованных клиник или врачей, которые сертифицированно могут колоть эти препараты. Сложностей в законодательном плане на этот счет в Молдове очень много. К тому же нет контроля за этим рынком, это очень сложно, трудно конкурировать с контрабандой. К примеру, при ввозе продукции мы платим НДС в размере 20%, а они – ничего. Сразу появляется весомая разница в цене.

Как в условиях постоянного стресса получать удовольствие от работы?

Я не думаю, что мою работу можно назвать постоянным стрессом. Хотя сама люблю пожаловаться на то, что выходных практически не бывает. У нас есть партнёры, например, в Пакистане, Бангладеш, которые отдыхают по пятницам, а по субботам-воскресеньям работают. Но со временем я научилась определять приоритеты: «Давайте перенесём решение вопроса на понедельник…»

Бывает, что соглашаются. Другое дело, что в моей работе есть много такого, чего могло бы и не быть. Например, столкновения с бюрократией в государственных учреждениях. Стресс в Молдове – это когда ты знаешь, что ты прав по закону, а государственное учреждение нарушает его, и приходится идти в суд, чтобы доказать свою правоту. Больше некуда идти и некому жаловаться. Стресс — это когда понимаешь, что ты теряешь деньги, в это же время пациенты не получают необходимые им лекарства, из-за лени, некомпетентности или коррумпированности государственных чиновников.

Трудно ли женщинам администрировать бизнес в Молдове?

Это очень индивидуально на самом деле. Но что я заметила, так это женоненавистничество, которое присуще иногда и самим женщинам, как ни странно. В Молдове нет солидарности между женщинами, когда дело касается рабочей среды. Это бывает очень редко. В то же время сильных женщин, которые могли бы отстоять свою точку зрения, чтобы их все уважали, даже женоненавистники-мужчины, я практически не встречала, или их очень мало. Сильные и женственные женщины в Молдове, даже если они есть, предпочитают оставаться за занавесом. С моей точки зрения.

Откуда черпать энергию и как быть продуктивным на работу?

Наверное, здесь ответ будет очень коротким. Если ты делаешь то, что тебе нравится, и делаешь это с удовольствием, то энергия будет всегда. Ведь присутствие или отсутствие энергии никак не связано с окружающей средой, ситуациями и другими аспектами. Это исходит изнутри, соответственно, генератор твоей энергии – это твой мозг. Но следует быть очень внимательным, когда работоспособность снижается и появляется лень. Это значит, что депрессия гуляет где-то рядом. Это один из главных симптомов депрессии, когда тебе лень, но ты понимаешь, что так не должно быть.

Стиль: @alkaisin
Текст: Дарья Боброва
Фото: Виктория Вонка